Общество

Соавтор проекта о дистанционном образовании рассказала, о чем он на самом деле

О том, что происходит в российских школах и вузах, обозреватель «КП» Александр Милкус расспросил Лилию Гумерову
Ни о каком переходе на постоянное дистанционное обучение и вообще о замене традиционного образования дистанционным речи не идет.

Ни о каком переходе на постоянное дистанционное обучение и вообще о замене традиционного образования дистанционным речи не идет.

Фото: Алексей БУЛАТОВ

15 мая в Госдуму был внесен законопроект, который предлагает внести изменения в статью закона «Об образовании». Речь идет «о порядке применения электронного обучения, дистанционных образовательных технологий при реализации образовательных программ».

И практически сразу в министерство просвещения, в Госдуму, в администрацию президента, да и в «КП» полетели тысячи коллективных жалоб: караул, школы будут закрывать, учителей увольнять, все обучение перейдет на дистанционный формат. Мы против!

А что же на самом деле? Об этом мы в прямом эфире Радио «КП» поговорили с одним из авторов законопроекта, так возбудившего общественность, председателем Комитета Совета Федерации по науке, образованию и культуре Лилией Гумеровой.

- Лилия Салаватовна, что же вы закрываете-то школы?

- Ни о каком переходе на постоянное дистанционное обучение и вообще о замене традиционного образования дистанционным речи не идет. Никогда ничто не заменит общение учителя и ученика. Традиционная школа, традиционный урок были, есть и будут. О чем идет речь в тех поправках, которые мы внесли в Госдуму? Дистанционное образование уже закреплено в законе «Об образовании» как одна из составляющих учебного процесса. Но когда произошел массовый вынужденный переход на дистант, мы обнаружили, что в законе не определены полномочия министерства просвещения и министерством науки и высшего образования. Министерствам нужно готовить нормативно-правовые акты, чтобы было понятно сколько длится в дистанционном формате урок, как выставляются оценки, какие полномочия учитель должен на себя взять, кто должен решать проблемы с интернетом, с ноутбуком или смартфоном, если они возникают.

Лилия Гумерова. Фото: Николай Галкин/ТАСС

Лилия Гумерова. Фото: Николай Галкин/ТАСС

Плюс еще мы предусмотрели возможность нормативного регулирования во время форс-мажорных ситуаций. Жизнь непредсказуема – сейчас был режим повышенной готовности, бывают чрезвычайные ситуации - пожары, наводнения. И мы предложили поправку, которая позволяет в случае таких форс-мажорных обстоятельств перейти на дистанционное образование, чтобы обеспечить непрерывность процесса обучения. Но на время – на месяц, два, на неделю.

- То есть план «Б» на всякий случай?

- Безусловно. Мы определяем правовую основу двух полномочия ведомств профильных на случай чрезвычайных ситуаций.

Поправки не имеют ничего общего с идеей навсегда заменить традиционное образование дистанционным. Надеюсь, эпидемиологическая ситуация позволит и с 1 сентября мы все – и дети, и учителя вернуться в школы к привычному процессу обучения.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Западные эксперты уверены, пандемия будет аукаться нынешним школьникам всю жизнь

Коронавирус может иметь пожизненные последствия для образования нынешних школьников (подробности)

Математику отменили, а русский разделили на два дня: опубликовано предварительное расписание ЕГЭ

Экзамены в 11 классе начнутся 29 июня, а закончатся 20 июля (подробности)